Опубликовано July 26, 2020

«Дифирамб»

Онлайн-участие в Международном фестивале «Extra-Words» (Киев) 
Приз в номинации «За лучший пластический спектакль»


Играем без нарушения карантина!
Аван-премьера проекта

Хотите поиграть с Дионисом? Вот именно так, как играли в детстве во дворе. Часть игры предлагает Дионис (то есть миф), часть - актеры. А часть - зрители. 
Так что самое время задать (можно не вслух!) ритуальный вопрос, отдающийся эхом той самой бесконечной летней игры во дворе: "А Дионис выйдет?!"

Что играем?

Это несколько (от 4 до 7) импровизационных моноспектаклей без слов. 
Моноспектакли идут в прямой трансляции. Каждый длится до 10 минут. Каждый – интерпретация любого момента из истории Диониса. И любого персонажа из этой истории.
Трактовка – драматическая, то есть мы переносим мифологический материал в жизнь обычного человека (персонажа). Какой цикл историй возникнет в результате?

Зачем?

Главная задача проекта – спонтанная интерпретация, поиск новых смыслов в мифологическом сюжете. Переосмысление истории Диониса. Новая интерпретация мифа – занятие старое, все античные трагедии были именно трактовкой космогонических сюжетов. В простом пересказе историй смысла не было, все и так их знали. 
Поскольку миф очень глубоко определяет наше восприятие, такой процесс может затронуть самые разные актуальные вопросы современности, наши реакции, наши установки. А спонтанная интерпретация может привести нас – и актеров, и зрителей – к новому взгляду на весь этот материал. 
Новое осмысление истории Диониса извлекает из этого древнего ритуала то, что может пригодиться сегодня. То, что очищено от архаических социальных увязываний и рационализаций. 

И тогда Дионис - это не буйство разрушения. Это буйство преодоления всего ненастоящего. Буйство освобождения от смерти и утверждения жизни.
"Буйство" можно преобразить в слово "воля". Потому что именно воля лежит в основе этого акта. Буйство - всего лишь одна из форм проявления воли, связанная с древними шаманскими практиками, к которым откровенно восходят ритуалы.
Например, другие формы воли - это сила, решимость, вдохновение, транс, рывок, максимальная концентрация.
Виноградная лоза и завихрение женских линий в танце - форма космической спирали, которая, раскручиваясь, сбрасывает с тела мира оковы косности и страхов.
Это гениальная скульптура Скопаса, Вакханка. И это фламенко, которое унаследовало и сохранило принцип управляемой стихии, энтузиазма как слияния воли человека с волей Универсума. Не одержимость, а целенаправленный транс.

Миф о Дионисе – уникальный материал для такой работы, потому что уникален его персонаж. Он нес людям радость, вдохновение, свободу – вплоть до свободы от смерти. И прошел через многие испытания, чтобы стать наконец самим собой – самым юным и непредсказуемым из олимпийских богов. Кстати, Дионис – единственный олимпиец, рожденный смертной женщиной. 
Подробный сюжет мы пересказали в тексте «ДИФИРАМБ. ИСТОРИЯ», где собраны главные линии мифа о Дионисе. Из этого пересказа актеры будут выхватывать моменты для импровизации. 

Как участвуют зрители?

    Перед игрой 
    Зрители получают материалы и инструкции для игры. 
Спектакль начнется через полчаса после получения файлов. Это время нужно зрителям, чтобы прочесть материалы и прослушать 10-минутный звуковой «Дифирамб»: коллаж из шумов, криков, музыки.  


    В игре 
    Зрители участвуют, спонтанно выбирая и включая фонограмму. 
Фонограмма странная, то есть дионисийская))). Шумы, музыка, крики. Владимир Шиманский сделал. Ее не надо скачивать, только открыть ссылку. И дальше так: происходит какой-то всплеск чувства при просмотре видео - запускаешь фонограмму с любого места и смотришь, какой возникает контрапункт, сочетание. Вот звук, вот видео, а между ними дверь в новое ощущение для тебя.
Каждый раз фонограмма включается всего на 7 секунд. Мы рекомендуем запускать его интуитивно, с любого места. 
Но главное участие зрителей – в угадывании,  интерпретации того, что играет актер. И как это связано с мифом о Дионисе. Поскольку новеллы без слов, угадывание  происходит на интуитивно-аналитическом уровне. То есть пробуждается навык трактовки, необходимый для контакта с новыми уровнями смысла в жизни и в искусстве. 

    После игры 
   Актеры и зрители беседуют онлайн. Актеры рассказывают, какой драматический персонаж они играли, какой момент мифа выбрали и как его трактовали. А зрители рассказывают свои трактовки.     
Из этого сочетания тоже возникает синтез, полифония смыслов, новый уровень творческой свободы. 

Дифирамб. Эхо…
    И еще мы предлагаем зрителям записать свои реплики. Отклик на происходящее, возглас, напевание, слова, которые возникают в пространстве игры. Просто запишите голосовое сообщение и пришлите его нам. 
Мы играем спектакль без реплики, вы создаете реплики без спектакля.
Участие зрителя может быть художественным поступком, а поступок – всегда раскрытие пути. Какого именно на этот раз?  
Из ваших реплик Владимир Шиманский сделает аудиофильм, такой же непредсказуемый, как фонограмма, с которой вы общаетесь в спектакле.
Спасибо за игру!  

 

Режиссеры: Владимир Шиманский, Елена Кушнир 

Актеры: Анжела Енаки, Наталия Журминская, Александр Волошин, Вадим Елени, Владимир Шиманский

Научный консультант Жозефина Кушнир, доктор хабилитат, Академия Наук Молдовы


«Дифирамб», видеозапись стрима

 

Фонограмма для спонтанного участия зрителей

 

Фрагмент «Игры после игры», видео

 

 

Аудиофильм “Эхо”

(играют зрители)

Это именно тот ZaO-принцип, когда зрители создают свой художественный поступок в ответ на произведение искусства (онлайн спектакль "Дифирамб"). В аудиофильм
"Эхо" вошли голоса и актеров, и зрителей. Так же как в других наших проектах, они играют вместе. Реплики озвучили: Наталья Гандзюк, Андрий Гриценко, Марина Пучерова, Наталья Днипренко, Вадим Елени, Даниил Гырдя, Ирина Лазарева, Мария Суперник, Иоана Кирияк, Екатерина Булипопова, Николетта Нагайлык. Звуковые миры для голосов "Эха" приманил Владимир Шиманский. Спасибо за игру!

Линк ЭХО на Soundcloud 

Статья о цифровом спектакле ZaO-Студии и фото

Дифирамб. Практика

Инструкции для участия

О ПРОЕКТЕ И МИФЕ 
Прочтите материалы: аннотация к игре; пересказ сюжета (ДИФИРАМБ. ИСТОРИЯ); теоретическая справка о Дионисе (ДИФИРАМБ. ТЕОРИЯ).

ФОНОГРАММА
Включайте фонограмму спонтанно, с любого места; только на 7 секунд; не более трех раз в одной новелле. 

ИНТУИЦИЯ
Поскольку для спонтанных трактовок вам пригодится  интуиция, предлагаем  простое упражнение.   
Сделайте глубокий вдох, затем выдох.
Задержите дыхание и подождите, пока вам ДЕЙСТВИТЕЛЬНО захочется вдохнуть. А потом подождите еще немного, пока вам ОЧЕНЬ СИЛЬНО захочется вдохнуть.
Вдыхаем и наблюдаем за тем, как изменилось состояние. Обычно внимание обновляется, становится больше внутреннего равновесия, и вам будет легче улавливать необычные ощущения и мысли.
А мы постараемся подкинуть вам для этого материал.  
Можно совет? Прислушивайтесь к самым неожиданным, парадоксальным догадкам, а потом внимательно разберитесь, куда они вас ведут. 


Чтение Перед Игрой

Дифирамб. Теория

   Это слово означает «дважды рожденный». Одно из многочисленных имен Диониса.
   Видимо, к нему так обращались, начиная веселую импровизационную песню-восхваление, ту самую «козлиную песнь», потому что Дионис бывал и козлом, и медведем, и львом… И обращаться к нему было уместно в похожем облике – козлином, например. Дифирамб – начало античного театра.
    Так же как Дионисийские праздники. Еще одно начало. Театр у нас не дважды, а много раз рожденный. 
    Дионисии были проживанием, осмыслением, чувствованием истории о Дионисе. 
    Истории, которая сегодня может показаться довольно странной. И которая, учитывая ее глубинное  присутствие в культуре, нуждается в осмыслении, интерпретации, новой трактовке. 

Мы начинаем с небольшого теоретического осмысления, чтобы перейти к практической интерпретации – игре.
   По своей сути Дионис – первотрикстер, создающий растения и злаки, в том числе виноград, своими благими эманациями. То есть от него исходит все живое, кроме человека. Потому он и превращался в самых разных зверей. Изначально это был прекрасный юноша, который бродил по лесам и горам, для удобства отделив собственный пенис как магический жезл и творя им различную флору и фауну. Для первотрикстера такое поведение – норма. Части его тела отделяются и возвращаются к нему без каких бы то ни было неприятных ощущений и последствий. Был Дионис  очень весело настроен, потому что тогда существовала космогония смеха, божественного смеха, создающего мир. Ну конечно же, он всех любил, и все его любили. Почему бы нет, он ведь не делал ничего плохого. 
    Затем настала эпоха земледелия. И в космогонии мифа появилась концепция смерти. Раньше осознавать ее было себе дороже, она угрожала каждую минуту. Теперь, когда смерть немного отступила, добросовестное человеческое сознание взялось искать ей место в мире. 
    Сказки до сих пор упрямо твердят о ее главной черте: паразитизме, воровстве. В сказках зло и смерть просто похищают у жизни ее средоточие, любимого или любимую. И нужно сделать вот что: догнать, отнять похищенное, обезвредить смерть. 
    В мифах тоже появилась эта линия, которую наука называет смешным словом «катабазис» - когда герой спускается в царство смерти, чтобы спасти любимое существо. Это Амур и Психея, где попытка оканчивается удачей. Это Орфей и Эвридика, где попытка… тоже оканчивалась удачей, пока времена не изменились настолько, что мифу приделали другой финал. Эвридика – ах! – и исчезает. Ибо Орфей на пути из царства мертвых обернулся на нее посмотреть. Почему обернулся? Да потому, что финал нужно было изменить. Иначе как-нибудь он бы утерпел.  Единственное, чему не может противостоять герой – воле автора. 
    Чтобы уважаемая публика не обиделась за вольное обращение с мифом, спешу сообщить: есть факты. Кроме фактов литературоведческого порядка, есть и та самая история, которую мы с вами разбираем. Дионис совершает очень храбрый катабазис, на самом деле дважды, и оба раза успешно. 

Но кроме этого опыта, связанного с осмыслением смерти, в эпоху земледелия Дионис принял в свою историю и страшный опыт жертвоприношений. Задумавшись о смерти, человечеству было нетрудно (по многим примерам) счесть ее владычицей жизни. А значит, чтобы жить, надо каким-то образом сначала уплатить дань смерти. И платить постоянно, так сказать, десятину с любой радости, любой победы. Все сгодится: искалечь себя, или вместо себя убей нечто, тебе принадлежащее – ребенка, раба, животное (в этом направлении и шел поиск компромиссных решений). 
    Конечно, при таком раскладе поплатился и трикстер. За сотворение всяческих благ он платит болью расчленения (да, теперь уже части тела не были его инструментами, они стали валютой). А также умирает (всегда мучительно и несправедливо убитый) и воскресает, причем с участием сочувствующей публики, людей. Ведь так или иначе без него им очень плохо. Богов, обманувших смерть, было много – например, Озирис, Аттис, ну и Дионис в том числе.     
    Приобщение к радости и свободе, к юному прекрасному богу, в эпоху жертвоприношений неизбежно принимало форму его пожирания. Дионис был, так сказать, отцом зверей, в частности, козлом. Которого полагалось разорвать на части и съесть, причем заживо. К чести человечества нужно сказать, что такой акт был доступен только в состоянии безумия. Даже в очень древние времена. Ну, надо, значит, надо. Всегда есть способы достичь желаемого, особенно в ритуале, посвященном богу вина. 
    Но состояние безумия и кровавого растерзания настолько прочно увязали с Дионисом, что вынудили его постоянно повторять этот сюжет – ну как фирменный знак, что ли – в отношении всяких других персонажей. Кровавые ритуалы эпохи жертвоприношений вторглись в историю Диониса не только на уровне его страданий, но и в качестве его собственной жестокости. Правда, она логично увязывалась с двумя рационализациями: во-первых, это оправдывалось уже упомянутым безумием, а во-вторых,  всегда было наказанием за отказ поклоняться Дионису. 

Учтем, что безумие на Диониса наслала Гера. То есть оно было НАВАЖДЕНИЕМ, которое распространялось на его адептов, выполнявших ужасные приказы безумца, и на его врагов, которые в результате убивали своих близких.
    Кстати, свита Диониса и по собственной инициативе занималась растерзанием животных – просто потому, что эпоха жертвоприношений внесла это в ритуал. Значит, надо повторять, желательно почаще.
    Есть и другая сторона дионисийского безумия, более тонкая и психологичная, более связанная с современностью. 
    Безумие – это был жертвенный налог на свободу. Негативная сторона радости. «За все надо платить». 
    Дело в том, что на самом деле Дионис – Лиэй, освободитель. Он изначально нес людям именно радость и свободу от всего устаревшего. Это и был главный импульс карнавала. Спутницы Диониса – Обаяние и Мир, Харита и Эйрена. На время Дионисий прекращались войны. 
    Однако свобода, спонтанность очень легко, как мы знаем, превращается в хаос. Радость – в эйфорию. Созидание – в разрушение. 
    Как известно, Ницше выявил темные стороны этого мифа, увязав дионисийскую свободу с разрушением и, таким образом, разрушение – с творчеством. Конечно, свободу можно обратить во зло. Но свобода не равна злу. Так же как творчество, при всей своей парадоксальности и непредсказуемости, не равно безумию. 
    Противопоставление Аполлона и Диониса практиковал не только Ницше, но было оно эпизодическим и всегда прикладным – например, в формате политических вариаций. По мифу они не были врагами. Дионисийские ритуалы проводились в Дельфах именно в храме Аполлона – тот уступал его Дионису на три месяца.

Однако раз уж Диониса увязали с безумием, то заодно попользовались этой темой для своеобразной терапии. Вакханалии очищали женщин он подсознательной агрессии раз в два года. Для этого «слабый пол» благоразумно удалялся в горы и там под обильную выпивку отвязывался на полную катушку под присмотром опытных специалистов. Ужасная история с Агавой, которая отказалась во всем этом участвовать, в наказание была поражена безумием и растерзала собственного сына, показывает, в частности, опасливое отношение греков к подавленному женскому началу. Нет уж, лучше пусть женщины выпускают пар в горах, подальше от собственного дома. Все целее будем.
     В заключение позвольте подчеркнуть очень важную вещь. По мифу, Диониса от безумия ИЗЛЕЧИЛИ. И сделала это, как ни странно, Кибела-Рея, его бабушка, в культе которой и экстатическое безумие, и жертвоприношения были в большой чести. С какой стати она подалась в психотерапию ради внука, это отдельная история. Но ее архетип, а также должность в пантеоне – Великая Матерь богов. Надо полагать, она знала, что делала. Тем более, что Дионис для всей своей родни был скорее необходимым исключением из правил. Значит, какая-то правда в этом есть.        
    Здесь теоретическая справка о нашем персонаже заканчивается. Нужна она была для того, чтобы определить вектор интерпретаций сюжета. Ницшеанские трактовки, будем считать, звучали в искусстве уже достаточно часто. Предлагаю от них воздержаться и не увязывать ни дионисийскую радость, ни даримую им свободу с безумием – по крайней мере, не напрямую. Не потому, что нельзя, а потому, что надо искать дальше.  


Дифирамб. История

   Дионис – единственный из олимпийских богов, рожденный от смертной женщины, Семелы. Но это не точно (потому что в первый раз он родился все же от богини, Персефоны).
   Несомненно, однако же, что он единственный из олимпийцев, чей путь в такой степени отмечен страданием, хотя именно Дионис несет людям радость жизни, праздник, свободу. Гомер называл его «радостью людей».
    И в Дионисиях, и в мистериях Элевсина воплощались и проживались перипетии этой истории. Она складывалась веками, в разных странах и разных верованиях, прежде чем соединиться в античной Греции. Если изложить некий синтез, получится вот что.

   Дионис родился дважды, и оба раза его младенчество было просто жутким. Хотя отец, Зевс, души в нем не чаял – по причинам, в мифе не изложенным. Вообще-то у Зевса должно быть множество внебрачных детей, поскольку адюльтер стал для него привычным развлечением. Но Диониса он любил как-то особенно сильно, наравне с Аполлоном и      Гермесом, а может, и больше. Радости, видимо, не хватало старому Громовержцу. 
    Впервые он зачал Диониса с Персефоной, женой Аида, который царил в мире мертвых. Тогда малыша назвали Загрей. По мифу, он был рогат – вероятно, сказывались признаки будущего покровителя зверей и растений. Зевс просто-напросто посадил младенца на свой трон и предоставил ему власть над молниями (о последствиях как-то не хочется думать). Ревнивая Гера, зевсова законная жена, подговорила титанов разорвать младенца на части и сожрать. Титаны вымазали свои физиономии мелом, чтобы ребенок их сразу же не испугался и не испепелил игрушками-молниями (очень самокритичные титаны). Ну и выполнили поручение Геры, делов-то. После чего Зевс их педантично  уничтожил. 

    Однако сердце Загрея уцелело, что позволило его возродить в следующем зачатии, от Семелы. О подробностях тогдашней генной инженерии я, с вашего позволения, умолчу. И так много букв, правда?
    Гера явилась Семеле в образе ее няни и подговорила (ну да, опять) добиться у любовника, чтобы тот явился в своем истинном виде. И Семела добилась. Она заставила Зевса поклясться водами Стикса, реки Забвения, что он выполнит ее желание, а затем попросила показаться в олимпийском формате. Клятву водами Стикса даже боги нарушить не могли. Семелу испепелило сияние Зевса, а недоношенного младенца, по причине его божественной природы, не испепелило. Любящий отец зашил чадо в свое бедро и доносил. Видимо, доверять женщинам в этом деле он больше не собирался. Родился Дионис при акушерской помощи Гермеса, который и далее о нем заботился.
     Хорошо зная характер Геры, Зевс передал ребенка, от греха подальше, сестре Семелы и ее мужу. Ради маскировки малыша одевали девочкой. Но для ревнивой жены олимпийского бога семь верст – не крюк. Гера наслала безумие на приемных родителей мальчика, и они его чуть не убили. Гермес чудом успел спасти брата.
     На этот раз малыша спрятали в глухом лесу, передали на воспитание нисейским нимфам. То ли Гера отвлеклась на другие заботы, то ли сочла, что все это в целом хуже смерти, но Диониса она оставила в покое – до поры. 

    Вообще-то Дионису было хорошо среди нимф. Когда он подрос, у него появился задушевный друг, Ампел, а также веселый наставник по имени Силен. Некоторое время мальчик жил, словно в раю. А потом единственный друг умер. Дионис погрузился в безутешную скорбь. Напрасно бог Эрот, притворившись Силеном, звал его путешествовать, коварно обещая множество новых друзей. Ничего не помогало. 
     Пришлось богам сотворить чудо, чтобы друзья не расставались и после смерти Ампела: он превратился в живую и сильную виноградную лозу. Дионис собрал урожай, сделал вино и почувствовал, что друг призывает его к радости и жизни. 
     Тогда-то он и отправился путешествовать. Действительно, одиночество больше ему не грозило. Несмотря на страдания, которые выпали на его долю, Дионис нес людям радость, вдохновение, творческие порывы и свободу от тоскливых будней. Вино  было частью этой радости. Но не главной частью. Не главенствовали здесь пьяный угар или исступление, навязанное мифу кровавыми нуждами жертвоприношений. 
     Главным был ощущение близости к Дионису, то состояние бесконечного обновления, которое исходило от него. 
     Рядом с юным прекрасным богом на ослике ехал пузатый пьяненький Селен, который время от времени очень трезво высказывал весьма мудрые мысли. 

     Неизвестно, следовал ли им Дионис. 
     Он бурно осваивал свою божественную природу. Когда разбойники похитили его, заковали в цепи и затащили на корабль, чтобы продать в рабство, то оковы на его руках превратились в лозу, которая мгновенно оплела мачты и канаты. Во избежание лишних  вопросов Дионис превратился в льва и медведицу (не по очереди, а сразу в обоих). Разбойники бросились в море, и Дионис предусмотрительно превратил их в дельфинов. Теперь они могли весело сопровождать его ладью, вместо того чтобы просто утонуть. Именно эта ладья, увитая виноградом, поставленная на колеса, перемещалась по Афинам  во время Дионисий. Carrus navalis, корабельная колесница, подарившая имя карнавалу.
    Одно было плохо: Гера снова позаботилась о Дионисе. Наслала на него безумие. Он никогда не нападал первым, но, если его не принимали, НЕ ЛЮБИЛИ, насылал на врагов исступление, в котором они убивали своих близких – через растерзание, конечно. Либо те, кто  следовал за Дионисом, таким же манером карали его врагов. Если вспомнить титанов и козни Геры, то с психологической точки зрения в этой реакции нет ничего странного, и безумие – даже не совсем точный диагноз. Думаю, Юнг назвал бы это неврозом. 
    Видимо, богиня Кибела, бабушка Диониса, в данном случае мыслила по-юнгиански. Потому что внука она исцелила. Вот просто взяла и исцелила. Поскольку Кибела старшее божество, давно увязанное с жертвоприношениями, она по мифологическому статусу относилась к исступлению и членовредительству очень благосклонно. Однако изначально, еще до всяких жертвоприношений, Кибела была Реей,  Великой Матерью (в том числе и матерью богов), всеродящей Землей. И потому Диониса от разрушительного буйства избавила. Как ей удалось его вылечить и как удалось античным грекам столь решительно избавить своего любимца от диагноза, не наше дело. Но Дионис был спасен.
    И, судя по всему, уже недоступен для гнева Геры, потому что полностью обрел свою божественную природу и занял место на Олимпе вместе с любящим отцом, любящими братьями и разнообразно настроенной многочисленной родней. Кто был за Диониса, кто против – что-что, а скучать не придется.

    Теперь наконец он приступил к тому, что было, пожалуй, главным его предназначением. Не считая, конечно, праздничного состояния мира.
    Так сказать, миссия №2. Вполне увязанная с первой, потому что какая же радость, когда существует смерть. Если радость жизни вообще возможна, то она должна быть и для тех, кого похитило подземное царство, Гадес, Аид.
     То самое, в которое по милости Геры безвременно попала его вторая мать, Семела.
     То самое, царицей которого стала против воли его первая мать, Персефона. Она была похищена царем Аидом, отнята у матери-Деметры, богини плодородия. Скорбь Деметры чуть не привела к умиранию природы (правильно, зимний период), и тогда боги приняли решение: муж должен отпустить похищенную жену. Всех это решение устраивало, кроме Аида. На прощание он угостил Персефону зернышком граната. Тот, кто принял пищу в царстве мертвых, становится его частью (принцип хлеба и соли, приобщения). Теперь Персефона полгода проводит с матерью, на земле – и тогда все расцветает и плодоносит, а полгода, так уж и быть, с мужем. Это не помешало, как мы знаем, ни ей, ни Зевсу наставить Аиду рога (которых у Аида до этого, даже по щедрой греческой мифологии, не было).
    Но ему мы сочувствовать точно не будем. Или как?

    Пожалуй, вернемся к Дионису.
    Сначала он немного размялся. То есть спас не мать, а любимую женщину, не от свершившейся смерти, а от предстоящей (очень близкой), и еще от предательства. Это была Ариадна. Та самая, которая избавила героического Тезея от гибели в Лабиринте Минотавра. Полюбила его и дала волшебный клубок, который вывел Тезея и кучку доверившихся ему соотечественников наружу. А Тезей весьма не героически высадил Ариадну на заброшенный остров и оставил там.
     Он оставил, а Дионис нашел. И, кстати, в дальнейшем ему очень даже везло, в отличие от Тезея. 
     Ариадну влюбленный Дионис привел на Олимп, к папе. И папа преподнес ей бессмертие в качестве свадебного подарка.
     Первая акция по спасению прошла хорошо. Можно было приступать ко второй.   
      Да, он это сделал: спустился в царство мертвых и вывел оттуда свою мать. Которую, спросите вы? Для начала – Семелу. 

    И не только вывел – Дионис поднял ее на Олимп. И Зевс – вы не поверите! – по уже наработанной схеме  даровал этой чересчур любопытной красавице бессмертие. (Что такое случилось с Герой?! Ну да ладно.)
     И это еще не все, ни тогда, ни даже сейчас история Диониса не закончилась.
     Потому что он твердо вознамерился вывести на свободу и свою первую мать, Персефону. А это значит – полностью отменить власть смерти, поскольку отпускать жену Аид не намерен. Именно эта надежда звучит в финале Элевсинских мистерий. И, как вы понимаете, не только в них. Звучит обещание самой высокой свободы – свободы от разрушения.  


Игра После Игры

     Дорогие соучастники, они же подельники, они же коллеги по Универсуму, они же зрители! Наша игра с Дионисом еще не закончилась. 5 июня приглашаем тех, кто смотрел онлайн спектакль "Дифирамб" на Международном фестивале пластических искусств "EXTRA WORDS". Для тех, кто не смотрел, но хочет подключиться, есть видео в этом ивенте. Новая Встреча, на этот раз - играют только зрители! 
     Во время нашего спонтанного спектакля Вы спонтанно озвучивали его, включая фонограмму. То есть каждый зритель смотрел свой уникальный вариант игры. 
     Но в рамках фестиваля не хватило времени, чтобы побыть вместе после игры. Давайте наверстаем!

     Проект "Дифирамб" исследует тайны спонтанных процессов.
     Вы что-то ощущаете, Ваше чувство выплескивается в спонтанном жесте - включить фонограмму с любого момента. И в результате возникает контрапункт, неожиданное соединение звука и изображения. Неожиданное, но осмысленное. Смыслы, парадоксальные, странные - есть всегда, когда есть слушание своей внутренней тайны.
    У этой тайны - два крыла: поступок и интерпретация. 
    И то, и другое мы с Вами опробуем на нашей встрече. 

     ИНТЕРПРЕТАЦИЯ. Актеры расскажут, что они играли. Вы можете задать им вопросы, рассказать свои трактовки наших импро-новелл, каждая из которых связана с веточкой мифа о Дионисе. Можете рассказать о тех совпадениях и парадоксах, которые возникали для вас при монтаже фонограммы и видео-стрима. 

     ПОСТУПОК. А еще мы предложим Вам записать голосовые сообщения - реплики - которые возникают у Вас в связи с этой игрой. Самые неожиданные и логически не связанные с происходившим на площадке. 
     30 мая актеры сыграли спектакль без слов, а 5 июня зрители сыграют реплики, из которых тоже возникнет некая история.
     Если Вы не видели нашу игру, можете посмотреть видеозапись стрима (это теоретическое вступление, рассказ о правилах игры и сама игра). В событии есть ссылка на этот стрим и ссылка на фонограмму. 

    Для новеньких: Вы можете открыть аудиозапись, не скачивая, на дополнительном устройстве (нужно еще одно, кроме того, на котором смотрите видео) и включать спонтанно во время просмотра. Возникнет контрапункт, парадоксальные связи между звуком и изображением. 
5 июня мы разместим в событии ссылку на зум-конференцию, в которой проведем нашу "Игру после игры".
     Дионис - порывистая стихия волшебных совпадений, свободы и необычности. Мы сами не ожидали, что эта стихия захочет еще поиграть. Но вот - есть у нее такое желание…

 

Creative Studio ZAO © 2020, Разработано с ♥ , Gatsby & Drupal 8.